3 От института

Всероссийский научно-исследовательский институт искусствознания (с 1962 по 1990 год — Научно-исследовательский отдел Ленинградского государственного института театра, музыки и кинематографии им. Н. К. Черкасова) всегда уделял большое внимание проблемам театроведческой науки. Строго говоря, наше театроведение как самостоятельная научная дисциплина оформилось в стенах Института. Здесь работали крупные театроведы А. А. Гвоздев, В. Н. Всеволодский-Гернгросс, С. С. Мокульский, И. И. Соллертинский, К. Н. Державин, С. С. Данилов, которые, наряду с исследованиями русского и зарубежного театра, постоянно занимались методологией науки о театре^1*.

Настоящий сборник посвящен различным проблемам театроведения. Сегодня ощущается острая необходимость новых подходов к науке о театре, и потому Институт предлагает вниманию читателей статьи I раздела сборника, посвященные теоретическим театроведческим проблемам, в том числе статью А. Я. Альтшуллера «Театроведение и герменевтика. Некоторые вопросы методологии», которая ставит вопрос о связях герменевтики и театроведения, и работу М. А. Золотоносова «Искусство актера: семиотический анализ и структурная типология», являющуюся одной из первых попыток изучения человека на сцене с помощью системно-структурного анализа. Сегодня здесь есть материал для дискуссии, а время покажет, насколько необходима театроведческая связь со структурными методами и соответствующей терминологией.

В 1940 году в подготовленном Институтом сборнике «О театре» была помещена статья С. Н. Дурылина «Актер и образ (О работе над монографией об актере)». Ныне, спустя полвека, к этой теме обращается в статье «Актерский портрет в театроведении» Н. В. Кудряшёва, которая исследует различные методики работы над актерским портретом.

4 О. О. Хрусталева в статье «Восприятие и осмысление (К проблеме метода в театроведении)» делает попытку связать объективный и субъективный моменты — собственно материал спектакля и личное его восприятие, аспект, в театроведении ранее почти не затрагивавшийся.

II раздел посвящен проблемам театроведческой науки 30-х годов. Статья Д. И. Золотницкого «Вечные спутники (А. А. Гвоздев и В. Э. Мейерхольд)» поднимает обширную неисследованную проблему: речь идет о взаимном влиянии, о полемике-дружбе основоположника русского театроведения А. А. Гвоздева и великого режиссера XX века В. Э. Мейерхольда. Каждый из них многое брал у другого и немало давал взамен. Притом союз не походил на идиллию: возникали противоречия, несогласия, споры. Выводы исследователя показывают, что это были плодотворные противоречия, поучительные для театральной практики и науки о театре.

Работа Н. В. Песочинского «“Великий перелом” в театральной критике (1930)» посвящена этапу, решающему для советского театроведения: опираясь на детально проработанный материал, автор убедительно показывает, как многообразие форм и школ театроведения было насильственно введено в единое русло и каким ущербом это обернулось для советской науки о театре.

III раздел сборника посвящен связям театроведения и современного театра. В статьях Л. С. Даниловой «Театроведческое изучение А. Н. Островского» и С. И. Мельниковой «Что происходит в паузе (Некоторые вопросы сценической шекспирианы и современного советского театроведения. 1980-е годы)» рассматривается сопряжение сценического прочтения классиков мировой драматургии с трактовкой их творчества в литературоведческих и критических работах последних лет.

Последние годы Институт многое делал для издания и пропаганды театрального наследия М. А. Булгакова. Вместе с ленинградскими отделениями Союза писателей и СТД Институт провел две международные конференции, посвященные его творчеству. Под руководством А. А. Нинова были выпущены сборники научных трудов «Проблемы театрального наследия М. А. Булгакова» (1987), «Булгаков-драматург и художественная культура его времени» (1988). Кроме того, начато четырехтомное издание театрального наследия М. А. Булгакова. Первый том этого капитального труда «М. А. Булгаков. Пьесы 1920-х годов» вышел в свет в 1989 году. В III разделе печатаются две статьи сотрудников «булгаковской группы» Института.

Статья Т. Д. Исмагуловой «Булгаков на сцене и в театральной критике 1980-х годов» посвящена инсценировке повести Булгакова «Собачье сердце» и пьесе «Зойкина квартира», которые породили своеобразный театральный «бум» на сцене последнего десятилетия: было поставлено несколько спектаклей в Москве и Ленинграде, не говоря уже о периферии. Автор анализирует причины актуальности и успеха именно этих произведений писателя на сегодняшней сцене и выявляет проблемы и конфликты, которые уловила в спектаклях 5 современная театральная критика.

В статье И. Е. Ерыкаловой «Черты театра Булгакова (По материалам современных исследований)» рассматриваются вышедшие в 1970 – 1980-е годы работы о драматургии и театре Булгакова. Это монографии советских исследователей М. Чудаковой, А. Смелянского, работы А. Нинова, Я. Лурье, В. Гудковой. Кроме того, в статье анализируются недавние зарубежные исследования о Булгакове К. А. Райта, Дж. Куртис, Ф. Левина и др.

Две статьи IV раздела тематически стоят как бы особняком. Статья Л. С. Овэс «Сценография в осмыслении театральных художников и критиков (1960-е – первая половина 1980-х годов)» призвана дать представление о литературе по театрально-декорационному искусству этого периода. В задачу автора входит систематизация обширного потока искусствоведческих трудов. Помимо общей картины литературы по сценографии и ее типологии, Л. С. Овэс стремится к созданию у читателей представления об основных процессах советского театрально-декорационного искусства 1960 – 1980-х годов, формулирует их основные методологические новации.

Завершает сборник исследование Л. И. Гительмана «Русская драматургия в оценке Э.-М. де Вогюэ». Статья представляет как бы самостоятельный сюжет о критике, одним из первых оценившем значение русской драматургии и театра XIX века для французской и мировой культуры.

Надеемся, что тематика сборника, разрабатывающего теоретические проблемы современного театроведения, получит продолжение в будущем.

6 I

А. Я. Альтшуллер
ТЕАТРОВЕДЕНИЕ И ГЕРМЕНЕВТИКА
Некоторые вопросы методологии

Современное театроведение — многосоставная, комплексная наука — включает в себя разные самостоятельные разделы. Это прежде всего теория театра, история театра и театральная критика. Теория театра изучает общие законы театра как явления искусства; история театра исследует преимущественно прошлое сцены; предмет театральной критики — текущий театральный процесс, современное состояние сцены.

Кроме теоретического, исторического и критического аспектов театроведения, следует иметь в виду и его методологический аспект, охватывающий многие проблемы организации и построения принципов науки, имеющей исторический и практический смысл. К театроведению относятся также такие дисциплины, как социология театра, психология творчества, техника сцены, экономика и организация театра и др. Мы не назвали здесь изучение драматургии, режиссуры, актерского мастерства, театрально-декорационного искусства, музыки спектакля, ибо это неизбежно входит в названные выше основные разделы театроведения.

Если история театра и теория театра никогда не вызывали сомнения в том, что они являются составляющими понятия «театроведение», то проблема принадлежности театральной критики к науке, а следовательно к театроведению, наталкивает на споры. Прибегают к аналогии. Литературную критику часто рассматривают как самостоятельный вид литературного творчества, как часть самой литературы. Но аналогия тут неправомерна. Литература и литературная критика действуют в одних и тех же формах — слова и только слова. А театральное искусство и театральная критика действуют в разных формах. А как быть с критикой изобразительного искусства, музыки, хореографии? Ведь никому в голову не придет утверждать, что критика 7 здесь является частью изобразительного искусства, музыки и хореографии.

Театр — искусство нефиксируемое, сам предмет его нематериален, летуч, не остается существовать для потомков, и театральная критика, кроме общих для любой критики задач, имеет еще свою специфическую задачу: зафиксировать, воссоздать сам предмет критики. Поэтому ее следует отнести к важнейшей структурной части театроведения.

Долгое время в академической среде раздавались недоуменные голоса: что же, собственно, изучает театровед? Драму как литературную основу спектакля? Но это входит в задачу литературоведа. Художественное и музыкальное оформление? Но этим занимаются специалисты по изобразительному искусству и музыке. Что же остается? Актерское творчество и режиссура. Не мало ли для самостоятельной науки? Но театр, а следовательно и театроведение, нельзя рассматривать как сумму определенных компонентов. Органический синтез многих компонентов дает особый вид искусства — театр, а изучение его — особую науку — театроведение.

Театроведение — это не результат сложения различных специальных знаний, здесь появляется новый предмет со своим объектом изучения и своим языком.

Структурирование науки о театре — проблема весьма сложная и вряд ли может быть строго и до конца решена. Она подвижна и видоизменяется. На разных этапах развития театра на первый план выдвигаются разные составные части науки о театре. В то же время она по-разному сопрягается со смежными гуманитарными науками — философией, историей, социологией.

Главный объект театроведения — спектакль. Но одно дело — спектакль, который можно увидеть на сцене, а другое — спектакль прошлых лет. Спектакль прошлого следует прежде всего воссоздать. Требуется зафиксировать его внешний облик, игру актеров, дать ощутить его аромат, настроение — одним словом, «репродуцировать» спектакль. История оставила нам прекрасные образцы «репродукционной критики», но критика эта далеко не представляет все то театральное наследие, которое подлежит изучению. И не случайно основоположник современной науки о театре, выдающийся немецкий ученый М. Герман (1865 – 1942) считал реконструкцию спектакля основной задачей театроведения. М. Герман решительно разграничивал историю театра и историю драмы. Театр — это прежде всего сцена, актеры, режиссеры, зрители, считал он. Такой подход помог оформиться театроведению в качестве самостоятельной науки.

В 1924 году крупнейший советский театровед А. А. Гвоздев писал: «История театра как самостоятельная отрасль исторического знания — еще очень молодая наука. Она вступает в ряды научных дисциплин позднее других и только за последнее десятилетие, преимущественно в замкнутом кругу немецкой науки, она приобретает самодовлеющие и определенные очертания.

Что же задерживало развитие истории театра как науки? Причин, конечно, много; но прежде всего — это отождествление театра с драмой»¹.

8 Многие ученые-филологи, занимавшиеся театром, подходили к нему прежде всего со стороны текста драматического произведения. Но главное для нашей науки не текст как таковой, а исследование взаимодействия слова с голосом, движением, пространством, декорациями, музыкой и др. Текст театра следует рассматривать не литературно, а сценически.

М. Герман ввел в 1900 году термин «театроведение» (Theaterwissenschaft). В XIX веке существовало понятие «история театра» (Theatergeschichte), но история театра — часть театроведения и ни в коем случае не покрывает его.

Театроведение долго не имело четких терминов и границ, вызывало споры и разные толкования. Характерно в этом отношении полемическое высказы�