|
А. В. Луначарский |
5 Введение
Главным событием XX века, коренным образом изменившим ход развития всего человечества, называет победу Октября Постановление ЦК КПСС «О 60-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции». Революция, открывшая новую эру всемирной истории, положила начало и новому периоду развития художественной культуры. Революционные эпохи всегда видят в художественной культуре идеологическое оружие, могучее средство познания и преобразования действительности и, властно воздействуя на искусство, меняют его социальное и эстетическое предназначение. Высшей целью социалистической революции явились интересы народа, его блага, всестороннее развитие его духовного мира, его искусства. В социалистической революции, в ее идеях, в ее реальной действительности, исполненной исторического оптимизма и драматической борьбы, обретал силы и театр. Продолжая лучшие традиции демократической культуры, он открывал новые пути для всего мирового сценического искусства.
Тема «Революция и театр» — одна из генеральных в истории и теории сценического искусства. К различным ее разделам 6 и аспектам обращались еще задолго до Октября 1917 года, пытаясь определить отношение революции к искусству и предсказать его права и обязанности в процессе грядущих революционных преобразований. Естественно то особое внимание, которое стали уделять этой теме сразу после победы пролетарской революции в России. Ей посвящались книги, множество статей. Позже она рассматривалась, как правило, в связи с ранним советским театром в монографических и общих трудах по истории советского сценического искусства.
Однако даже в самых значительных работах некоторые важные события и грани театрального процесса не получали достаточно подробного освещения.
Так, история театра нуждается в специальных трудах о периоде февраль — октябрь 1917 года, которые продолжили бы то, что было начато главами о петроградских театрах этого времени в «Истории советского театра», вышедшей сорок с лишним лет назад.
Недостаточно исследовались роль сценического искусства в условиях революционного преобразования общества, взаимоотношения нового государства и театра, организационные и особенно экономические проблемы театрального дела. В сводных историко-театральных трудах детально не рассматривались процессы развития театральной критики и науки о театре, театрального образования, эволюция театрального зрителя и т. д.
В 1920 году один из основоположников науки о театре немецкий ученый М. Герман выступил в Берлине с докладом о задачах театроведения. Он говорил, что театроведение — это живой вывод из прошлого, соединенный с уроками сегодняшнего дня, что театроведение должно охватывать все аспекты сценического искусства — от истории театра и социологии до театрального права и экономики1*.
Когда наше театроведение только еще начинало формироваться в самостоятельную науку, опираясь прежде всего на несравненно более зрелую филологию, многие разделы театрального 7 искусства оказывались на периферии внимания исследователей. Определились некие канонические сферы исследования и жесткие границы театроведения в целом.
Академическая замкнутость театроведения стала ощущаться в 20-х и особенно в начале 30-х годов, когда разгорелась известная театроведческая дискуссия, в ходе которой были осуждены вульгарно-социологические тенденции. С. С. Мокульский писал в ту пору, «что необходим решительный поворот научной работы […] лицом к театральному производству, реальная смычка театроведческой теории с театральной практикой, изучение процесса социалистической реконструкции театра во всех его проявлениях и на всех участках театральной работы. Сюда входит и изучение производственного процесса театра, его новых особенностей, его технологии, и изучение проблемы планирования теапроизводства, роли общественных организаций театра (художественные политсоветы, месткомы, партийные и комсомольские ячейки) в его производственной работе, и изучение производственной психологии нового актера, соцсоревнования и ударничества в театре и т. д.»2*.
После дискуссии в театроведении произошли многие благотворные перемены. Сейчас нельзя не видеть размаха, методологической оснащенности свершенного за несколько десятков лет. Нельзя недооценивать того, что создано, накоплено советскими историками театра, теоретиками, критиками, и преуменьшать научное значение книг, авторами которых выступают непосредственные участники творческого процесса.
И тем не менее в течение длительного времени театроведение несколько отставало от практики сценического искусства и от развития ряда других общественных наук.
При всех бесспорных достижениях в изучении советской драматургии, режиссуры, актерского мастерства, театрально-декорационного искусства, наука о театре не может, не должна ограничиваться только этими, хотя и основными, наиболее важными компонентами сценического искусства.
Разностороннего подхода и комплексного рассмотрения требует и ранний советский театр с его центральной темой «Революция и театр». И не только потому, что этот период, эта 8 тема интересны и поучительны сами по себе. В прекрасной и трудной истории советского театра первых лет революции — истоки многих тенденций и закономерностей последующих этапов развития нашего сценического искусства и демократической, социалистической театральной культуры за рубежом. Проблемы, возникающие на начальных этапах революции, диалектически связаны с проблемами современного театра, с его ролью в идеологической борьбе, его местом в обществе.
Некоторая ограниченность традиционных аспектов изучения театра особенно отчетливо сказывалась в том, как тема «Революция и театр» рассматривалась в сводных трудах, посвященных истории зарождения и развития советской театральной культуры.
В 1933 году Государственная Академия искусствознания выпустила первый том «История советского театра»3*, который охватывает период от Февральской революции до военного коммунизма включительно. Обращение к архивным фондам и материалам периодики, личное участие многих авторов в относительно недавних событиях, ставших предметом исследования, настойчивое стремление к марксистской методологии — все это настойчивое стремление к марксистской идеологии — все это сделало книгу для своего времени весьма значительным явлением. Но почти сразу же после выхода книги стали очевидны и ее недостатки. Авторы утверждали, что они решительно порвали с традиционным театроведением, «задыхавшимся в тисках мертвенных дефиниций», и преодолели ошибочные искания так называемой гвоздевской школы с ее формально-социологическими («форсоцовскими») позициями. Однако связь с этими позициями все-таки сохранилась. Она сказывалась в общих принципах книги и в отдельных характеристиках. Она определяла, например, недооценку старых театров, нарушала естественное соотношение между профессиональным и самодеятельным искусством. К тому же первый том был ограничен материалом Петрограда 1917 – 1921 годов, авторы его даже и не обращались ко многим важным проблемам, характеризующим становление театрального дела в условиях новой общественной формации. Издание на этом прекратилось. При всей ценности книги, она не стала подлинно научной историей 9 советского театра первых лет революции. Да и замысел авторов не простирался так далеко. Предполагалось создать не столько историю, сколько очерки, намечающие «дорогу к истории уже в наиболее полном смысле этого понятия»4*.
В работах 60 – 70-х годов по историографии советского театра справедливо говорится не только об ошибках гвоздевской, или, как ее иногда называли, ленинградской школы, но и о несомненных заслугах таких выдающихся советских театроведов, как А. А. Гвоздев, С. С. Мокульский, А. И. Пиотровский, И. И. Соллертинский, которые отличались поразительной широтой и размахом своих научных интересов и очень много сделали для изучения советского театра первых лет революции.
Через четырнадцать лет появился следующий сводный труд по истории советского театра — сборник, подготовленный Всероссийским театральным обществом к 30-летию Октября. Его авторы пытались охарактеризовать роль социалистической революции в процессах становления и развития советского театра. Однако составители предупреждали в предисловии, что книга «не является ни историей театра, ни даже очерками по истории театра, ибо события жизни советского театра не излагаются здесь в плане исторической периодизации»5*. Возможности издания были весьма ограниченными и не позволили пойти дальше популярного рассказа о самых общих тенденциях зарождения нового искусства и последующих этапов его формирования.
В 1954 – 1961 годах вышли в свет три капитальных тома «Очерков истории русского советского драматического театра»6*. Впервые была создана столь обширная, охватившая сорок с лишним лет, панорама развития советского театра. «Очерки», особенно два последних тома, помогают представить историко-театральный процесс и понять некоторые его закономерности. Это была серьезная подготовка к подлинно научной истории советского театра. Но книги трехтомника, прежде всего в силу ряда объективных причин, оказались неравноценными. Как 10 раз первый том, в котором должна была всесторонне исследоваться тема «Революция и театр», наиболее уязвим из-за слишком ограниченного круга проблем, явившихся предметом рассмотрения, и исторической недостоверности некоторых его разделов.
В предуведомлении к этому тому «Очерков» — «От редколлегии» говорилось, что, так как многие важные явления «в истории театра не получили до сих пор необходимой научной разработки, невозможно дать законченную и всестороннюю картину развития русской советской театральной культуры»7*. Однако дело заключалось не только в многочисленных белых пятнах. В ряде сводных и монографических трудов прежних лет содержались ошибки, неточности, искаженные характеристики. Порою концепции не вытекали из фактов, исторические материалы приносились в жертву догматическим, априорным схемам. В Постановлении ЦК КПСС «О литературно-художественной критике» справедливо говорилось о том, что иногда публикуются «такие материалы, в которых дается неверная картина истории советского и дореволюционного искусства, предвзято оцениваются отдельные художники и произведения»8*. Требование партии покончить со всеми проявлениями волюнтаризма и субъективизма в общественных науках имело прямое отношение и к театроведению.
В последние годы появилось немало весьма ценных, принципиально новых трудов — монографий, тематических сборников, мемуаров, статей по истории и теории советского сценического искусства, в которых серьезное внимание уделяется освещению раннего советского театра и теме «Революция и театр».
Особое место среди всех работ занимает «История советского драматического театра» в шести томах